К коррупции изменили подход

09.12.2014 06:00 712 0
К коррупции изменили подход
Президентом России в Госдуму внесен законопроект, направленный на совершенствование уголовно-правового механизма противодействия преступлениям коррупционной направленности.

Предложенные Владимиром Путиным изменения вызвали разноречивую оценку. Депутаты Государственной думы, как всегда, поддержали руководителя страны. Независимые эксперты высказались несколько осторожнее, намекая на то, что смягчение ответственности может породить соблазн должностных лиц брать взятки, но по чуть-чуть. Можно привести и крайне радикальные оценки с учётом слабеющего в настоящее время рубля. Если учесть, что взятки берутся, как правило, в долларах и евро, а штрафы платятся в рублях, то чья-то буйная фантазия может привести к выводу об обогащении лица в результате назначенных кратных штрафов, а не о его наказании.

Давайте разберёмся по порядку. Прежде всего, напомним, что 4 мая 2011 года был принят федеральный закон № 97-ФЗ, которым в качестве основного и дополнительного наказания за взяточничество и коммерческий подкуп установлен штраф в размерах, кратных сумме взятки или предмета коммерческого подкупа. По штрафу, назначенному в качестве основного наказания, он может доходить до 100-кратной, а по штрафу, назначаемому в качестве дополнительного наказания, - до 70-кратной суммы. При этом был введён нижний предел штрафа - 25 тыс. руб. и верхний предел - 500 млн руб.

Между тем реформа уголовного законодательства об ответственности за коррупционные преступления с введением системы кратных штрафов была осуществлена в 2011 году с явными пробелами и противоречиями. Эти пробелы и противоречия были видны на стадии принятия закона, однако его приняли. Это уже никого из специалистов не удивляет, как не удивляет и то, что возражения науки по законопроектам, как правило, отвергаются без серьёзного анализа. Просто такая сейчас законодательная деятельность. Наши избранники в Государственной думе и Совете федерации защитили кандидатские и докторские диссертации, и они считают, что академическая наука им теперь не нужна.

Особенность рассматриваемого законопроекта заключается в том, что большинство изменений, предложенных в настоящее время президентом РФ, направлено как раз на устранение имевших в 2011 году просчётов.

Так, в ч. 1 ст. 290 и 291 Уголовного кодекса (УК) РФ, предусматривающей ответственность за получение или дачу взятки в незначительном размере, было предусмотрено наказание в виде принудительных работ. Однако это наказание первоначально предлагалось ввести с 1 января 2013 года, затем с 1 января 2014 года, последний срок - с 1 января 2017 года. Могу уверить читателей, что принудительные работы не будут введены ни в 17-м ни в 20-м годах этого столетия. Они оказались мертворожденными опять же в результате реформ уголовного законодательства 2011 года.

В ч. 2 ст. 204 УК РФ, предусматривающей ответственность за коммерческий подкуп, помимо неприменяемых принудительных работ указано наказание в виде ареста. Между тем арест не введен в действие с 1996 года, то есть с момента принятия УК РФ. Через полтора года мы может справить 20-летний юбилей невведения этого наказания в действие.

Столь длительного существования «мёртвого» наказания история уголовного права ещё не знала. Поэтому мне пришлось как-то в Министерстве юстиции РФ огласить план торжественных мероприятий, посвященных данному «юбилею», - от торжественного концерта в Колонном зале Дома союзов до праздничного салюта. В результате в этой статье также два действующих наказания - штраф для богатых или лишение свободы для бедных.

Между тем, начиная с 2011 года наблюдался существенный рост доли штрафа, назначенного в качестве основного наказания за взяточничество и коммерческий подкуп. Драматизм ситуации усиливался тем, что, как следует из пояснительной записки к рассматриваемому законопроекту, в силу положений ч. 1 ст. 56 УК РФ, исключающей назначение лишения свободы за преступление небольшой тяжести (при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств), совершенное впервые, для 89% осужденных за коррупционные преступления небольшой тяжести штраф являлся единственным и безальтернативным видом наказания.

Получилось, что за преступление небольшой тяжести, совершённое впервые, можно назначить только кратный штраф. Однако были такие правовые и жизненные ситуации, когда штраф назначить невозможно либо нецелесообразно, например по причине тяжелого материального положения осужденного. Всё это снижало возможности судов учитывать обстоятельства совершенного преступления и личность виновного. Именно поэтому в эти статьи предложено добавить исправительные работы как вид наказания, который реально назначается судами и исполняется уголовно-исполнительными инспекциями.

При этом предвижу возражения или даже насмешки: «Должностное лицо, чиновник, да ещё малоимущий, с тяжёлым материальным положением. Возможно ли такое в России?» Возможно, и такие случаи есть, если иметь представление о России, находящейся за пределами Садового кольца столицы. Кроме того, по этим статьям отвечают не только должностные лица, но и граждане.

Направлен внесённый законопроект и на устранение противоречий между нормами УК РФ, Уголовно-процессуального кодекса (УПК) РФ и Уголовно-исполнительного кодекса (УИК) РФ.

Так, в 2011 году в УК РФ было предусмотрено, что суд может назначить штраф с рассрочкой выплаты определенными частями на срок до пяти лет, а в УИК РФ такая отсрочка была предусмотрена на срок до трёх лет. Кроме того, УПК РФ предоставлял возможность отсрочить исполнение штрафа, однако материальные основания такой отсрочки в законодательстве не были установлены.

Следует отметить ещё одну новеллу законопроекта, которая не вызвана необходимостью устранения пробелов или противоречий уголовного закона, а направлена на реализацию принципа гуманизма. В ней предлагается внести изменения в федеральный закон «Об исполнительном производстве» и ст. 31 УИК РФ, увеличив срок добровольной уплаты штрафа в два раза, до 60 дней, что вполне оправданно, учитывая большие размеры назначаемых штрафов.

К этой же категории следует отнести дополнение УПК РФ положениями, предусматривающими возможность наложения ареста на имущество подозреваемого (обвиняемого) в целях обеспечения наказания в виде штрафа, а также определяющими порядок наложения такого ареста. Всё это должно создать дополнительные гарантии, с одной стороны, для выплаты штрафа в добровольном порядке, с другой стороны, для исполнения штрафа, назначенного в качестве дополнительного наказания в принудительном порядке.

Как говорится, дыма без огня не бывает. Есть в указанном законопроекте нормы, которые смягчают штрафные санкции для коррупционеров. Напомним, что когда в 2011 году вводились кратные штрафы, то перед органами прокуратуры была поставлена задача активнее предлагать в судах кратные штрафы в качестве меры наказания коррупционеров. Все это было воплощено в судебной практике.

Так, если в 2011 году по статьям, предусматривающим ответственность за взяточничество и коммерческий подкуп, в качестве основного наказания штраф был назначен 46,5% осужденных за данные преступления, то в 2012 году доля таких осужденных существенно увеличилось, составив 78,7%.

Доля лишения свободы за 2012 год сократилась почти вдвое и составила 6,2%, а если сравнивать с данными за 2010 год, то уменьшение доли лишения свободы по указанным составам преступлений произошло почти в три раза. В 2013 году каких-либо существенных изменений в структуре наказаний по сравнению с 2012 годом не прослеживается.

Одновременно, представляя новый закон, президент РФ Дмитрий Медведев произнёс, на наш взгляд, историческую фразу: «Для коррупционеров миллионный штраф страшнее тюрьмы». Так оно и оказалось в действительности. По данным судебного департамента при Верховном суде РФ, полученным в результате специального мониторинга, на осужденных за взяточничество и коммерческий подкуп (ст. 204, 290-2911 УК РФ) в 2013 году наложен штраф на общую сумму 1,734 млрд руб. При этом данный вид наказания исполнен на сумму более 209 млн руб., то есть около 12% от назначенных за прошедший год штрафов.

Процент исполнения наказания в виде кратного штрафа за коррупционные преступления, назначенного в качестве дополнительного наказания, и того меньше. Так, согласно данным Федеральной службы судебных приставов за 2012 год, на исполнении находилось 1,4 тыс. исполнительных производств по принудительному штрафу, назначенному судом за коррупционные преступления, общая сумма которых составила 2 млрд руб. Из них только 37%, то есть 522 исполнительных производства, были окончены фактическим исполнением на сумму 155 млн руб. (это всего 7,75% от всей суммы назначенных штрафов).

Иначе говоря, расширить-то практику применения кратных штрафов расширили, а вот взыскать эти штрафы государство не может. В чём же причины столь неблагополучного положения дел?

Во-первых, в слабости государственной власти, которая по-прежнему проявляется в нашей стране. Процент взыскания обычных уголовных и административных штрафов, исполнение решений судов в порядке гражданского судопроизводства не отличаются в лучшую сторону от приведенных выше цифр.

Во-вторых, в особенностях правосознания наших граждан, в том числе и коррупционеров, для которых расстаться со своими «кровно заработанными» значительно страшнее, чем отсидеть несколько лет в местах не столь отдаленных. Ведь живут же там осужденные граждане, даже в конкурсах участвуют, театральные постановки ставят. А продать свою квартиру, квартиры сына, дочери, чтобы выплатить кратный штраф, а потом с волчьим билетом в виде судимости нигде не устроиться. Вот какие дилеммы возникают у большинства осужденных за коррупционные преступления - врачей, преподавателей, сотрудников правоохранительных органов, глав местного самоуправления и т. д. Не беру психологию матерых коррупционеров, их немного, да и большинство из них до суда не доходит.

Конечно, всё это надо было учитывать на стадии принятия в 2011 году законодательства о кратных штрафах. Теперь приходится поправлять издержки не очень продуманного законотворчества. Думаю, что это не последние изменения в системе назначения кратных штрафов за коррупционные преступления. Придется и дальше уменьшать их размеры, во всяком случае нижние границы.

Возможно, это будет сделано при разработке новой редакции УК РФ, о необходимости которой последние годы все настойчивее говорят ученые, правозащитники и практики.

Вячеслав Селивестров - профессор кафедры уголовного права и криминологии юридического факультета МГУ им. М.В.Ломоносова, заслуженный деятель науки Российской Федерации.

по материалам ИА «ТАСС»

Комментарии

Добавить комментарий

Чтобы оставить комментарий, необходимо авторизоваться.

Войти как пользователь
Вы можете войти на сайт, если вы зарегистрированы на одном из этих сервисов:

Новости по теме

Напишите нам